Характер человек зависит от генов: ученые открыли сотни участков ДНК, программирующих наше поведение

Международная команда генетиков и психологов только что перевернула представления о том, почему один человек — это душа компании, зато другой предпочитает тишину и одиночество. В авторитетном журнале Nature были опубликованы итоги и выводы гигантской научной работы. Исследователи проанализировали почти полутора миллионов добровольцев, и число известных участков ДНК, связанных с главными чертами характера, выросло в десятки раз.


Но означает ли это, что вскоре мы сможем расшифровать личность младенца по капле крови и предсказать его судьбу? Ответ оказался одновременно и грандиозным, и обескураживающим.

Пять столпов характера

Прежде чем копаться в генах, ученым пришлось разобраться с самой главной головной болью психологии: как померить то, что нельзя потрогать. Если рост человека можно запросто установить с помощью сантиметровой ленты, а массу — на весах, то куда прикладывать линейку, чтобы измерить любопытство или доброжелательность?

Древние философы и даже психоаналитики XX века плодили классификации, но большинство из них рассыпались при первой же проверке статистикой. Тогда исследователи пошли другим путем. Вместо того чтобы делить людей на «типы» с четкими границами (что всегда произвольно, как деление на низких, средних и высоких, где 185 и 186 сантиметров окажутся по разные стороны баррикад), они решили измерять. Измерять не одну черту, а пять ключевых. Так родилась модель «Большой пятерки», и сегодня она признана самой надежной во всем мире.

Первый параметр — экстраверсия. Это про напор, энергию и тягу к людям.

Второй — доброжелательность, то есть готовность сотрудничать, сочувствовать и уважать других.

Третий — сознательность. Он показывает, насколько человек ответственен, дисциплинирован и в какой степени контролирует себя.

Четвертый — открытость для опыта. То богатое воображение, нормальное отношение ко всему необычному, восприимчивость к красоте и, конечно, любознательность.

Пятый — это невротизм. Он же тревожность, эмоциональная качели и «нервность».



Каждую из этих черт можно оценить по шкале от 1 до 100. Если перемножить варианты, получится 10 миллиардов комбинаций больше, чем людей на Земле. Правда, крайности почти не встречаются, а сами черты слегка зависят друг от друга, но даже так раздолье для статистики.

Зачем вообще это нужно. Во-первых, для медиков, которые пользуются «Большой пятеркой», чтобы диагностировать пациентам расстройства личности.

Во-вторых, для приема на работу. Согласитесь, человек с низкой сознательностью не должен стоять у операционного стола или за пультом АЭС. А вот неорганизованный, но любопытный интроверт может оказаться великолепным живописцем.
Причем «Пятерка» — это не весь человек, а своего рода скелет, на котором формируется личность. Но этот каркас оказался куда важнее, чем думали раньше.

Три суровых закона

Как понять, что в этом каркасе от родителей, а что от природы? Идеальный эксперимент поставила сама эволюция. Однояйцовые близнецы — это натуральные клоны, их ДНК идентичны. Если «яйца» разные, то в плане генетики похожесть будет не больше, чем обыкновенных сестер и братьев. Но те и другие растут в одной семье, одновременно, в одинаковых условиях. Сравнивая их, психологи десятилетиями пытались отделить наследственность от воспитания.

В начале XXI века американский профессор психологии Эрик Тюркхаймер собрал воедино итоги сотен, если не тысяч, научных работ на эту тему. В результате ученый смог сформировать три закона генетики поведения, весьма провокационные, надо сказать.



Закон первый: все поведение человека так или иначе зависит от наследственности. Нет ни одной поведенческой черты, на которую бы гены не оказывали влияния.

Закон второй: участки ДНК программируют наше поведение куда сильнее, чем семейное воспитание. Разумеется, если ребенка бьют и морят голодом, среда, конечно, перевесит гены. Но если убрать эти крайности, то ночные колыбельные и слова перед сном имеют гораздо меньше значения, чем аллели, которые человек передал своему потомству. То есть, если какая-нибудь женщина хочет сына-ученого, то нужно не только поощрять его интерес, но еще важнее, чтобы отец был любознательным.

Закон третий: значительная часть различий в сложных чертах личности не объясняется ни генами, ни семьей. Вообще, ничем из того, что можно учесть. Это поле для случайностей: друг в детском саду, укус бездомной собаки, удачная или неудачная фраза учителя.

Родители привыкли считать себя главными скульпторами, но Тюркхаймер снимает с них огромный груз. От пап и мам зависит гораздо меньше, чем считалось. И вот с этим багажом ученые отправились на поиски конкретных букв в генетическом тексте.

Охота за адресами

ДНК человека — это текст длиной примерно три миллиарда букв. Где же в нем записано, что ты тревожный или открытый? Чтобы ответить на этот и другие вопросы, по всему миру работали одновременно 46 научных коллективов. Самая маленькая выборка, над которой работали ученые, составляла 611 тысяч человек, самая большая — 1 миллион 140 тысяч.



При этом каждый участник исследования не только заполнял опросник на «Большую пятерку», но и обязательно сдавал генетический материал. Дальше ученые нашли расхождения в миллионах отдельных позиций тех самых местах, где люди отличаются друг от друга. А потом сопоставили эти отличия с баллами по шкалам личности.

Вместо того чтобы искать один-единственный «ген характера» (его нет и не будет), исследователи искали локусы конкретные адреса на молекуле ДНК, где располагаются гены. Представьте, что геном — это книга. Тогда локус будет не словом, а номером страницы и строки.

В этой строке у разных людей могут стоять разные варианты одного слова аллели. Именно эти замены делают нас непохожими. И вот результат: для экстраверсии число известных локусов выросло с 14 до 258. Для доброжелательности с 4 до 39. Сознательность с 3 до 131. Открытость опыту с 8 до 126. А нейротизм, как и раньше, остался абсолютным чемпионом по наследственности: его локусов теперь 706 вместо прежних 224.

Но тут и кроется главная засада. Каждый отдельный локус влияет на характер… ничтожно мало. Микроскопическая капелька. Суммарный эффект всех вместе огромен, но по отдельности ни один не тянет на «генетическую судьбу». Это как оркестр из тысячи скрипачей: каждый играет почти неслышно, а вместе они создают громкий концерт. Именно поэтому, даже зная все эти адреса, вы не сможете предсказать по ДНК новорожденного, будет ли он общительным или педантичным. Статистика работает на миллионах, но бессильна перед отдельным человеком. Пока бессильна...