Минус два мамонта: древние кости 70 лет «водили за нос» сотрудников музея на Аляске

Поразительная история произошла в музее Севера при университете Аляски. 70 лет ученые были уверены: окаменелые позвонки, которые хранились там, принадлежат шерстистым мамонтам. Но при последнем исследовании кости оказались значительно моложе, но самое главное — вообще не принадлежали сухопутному животному. Вот тут-то палеонтологи поняли, что им придется распутать самый настоящий доисторический детектив.

Слишком молодые мамонты

Итак, в 1951 году археолог Отто Гейст наткнулся во время экспедиции вглубь Аляски на два фрагмента из позвоночника млекопитающего. Находка произошла в регионе, где когда-то находилась Берингия, сухопутный мост, соединявший Азию и Америку. Взяв во внимание внешний вид и расположение костей, Гейст решил, что обнаружил останки шерстистого мамонта (Mammuthus primigenius). И это было вполне логично, так как в этих местах частенько встречались кости представителей мегафауны из позднего плейстоцена. Кроме того, размеры позвонков явно указывали на одного из представителей семейства слоновых.



По окончании экспедиции Гейст передал кости в музей Севера, где они хранились более 70 лет. И ни у кого даже не возникало вопросов, что на выставочной витрине лежат вовсе не кости мамонта.

И так бы окаменелости лежали дальше, но несколько лет назад в музее началась программа «Усынови мамонта», в ходе которой многие останки были подвергнуты радиоуглеродному анализу. Надо сказать, что новое исследование вызвало гораздо больше вопросов, чем дало ответов.

Оказалось, эти кости слишком молоды, чтобы принадлежать шерстистому мамонту. Изотопы углерода, содержащиеся в окаменелостях, указывали на возраст от 2000 до 3000 лет.

«Северные слоны» жили… в море

Поначалу ученые обрадовались, ведь основная популяция мамонтов вымерла примерно 13 000 лет назад. Дольше всех продержались карликовые «волосатые слоны» на острове Врангеля (Россия). Находясь в изоляции, они дотянули до времен строительства Великих пирамид в Египте и канули в Лету приблизительно 4000 лет назад.




— написал биогеохимик Мэтью Вуллер (университет Аляски) в статье, посвященной новому открытию.

Запахло сенсацией, но в последний момент Вуллер и его команда решили окончательно убедиться, что видовая принадлежность останков определена верно. А то, знаете ли, бывали всякие случаи.


— Вуллер.

В костях было обнаружено гораздо больше изотопов азота-15 и углерода-13, чем можно было ожидать от травоядного наземного животного, такого как шерстистый мамонт. Да, эти изотопы могут встречаться у наземных животных, но гораздо чаще их можно найти у жителей морей и океанов.


— Вуллер.

Плюс два кита

То есть исследователи стали подозревать, что позвонки вовсе не мамонтовые, а китовые. Но идентифицировать образцы только лишь по одному внешнему виду — задача невозможная и часто сопряженная с многочисленными ошибками. Поэтому ученым потребовалась древняя ДНК, «чтобы установить истинную принадлежность образцов».

И хотя окаменелости были сильно повреждены, исследователям все-таки удалось извлечь из них митохондриальную ДНК. Затем ее сравнили с генокодом северотихоокеанского гладкого кита и обыкновенного малого полосатика.


— Вуллер.

Ученые выдвинули несколько возможных объяснений. Согласно первому, киты могли проникнуть во внутренние водоемы через древние заливы и реки. Конечно, это кажется маловероятным: описанные виды китов огромные, а водоемы на Аляске маленькие. Кроме того, морским гигантам просто нечем питаться в пресноводных реках. В Канаде косатки охотятся… лосей и оленей, когда те переплывают небольшие заливы. Так что бывает всякое.



Однако самая вероятная версия говорит, что кости могли быть перенесены древними людьми с далекого побережья. Тем более что в других местах Аляски находки китовых костей тоже случались, но впервые это было так далеко от берега.

Наконец, нельзя исключать банальной ошибки. Коллекции Гейста собирались по всей Аляске, состояли из огромного количества экспонатов, поэтому в музее могла запросто произойти путаница.

Но в любом случае этот научный детектив в очередной раз напоминает о том, насколько могут быть похожи внутренне сухопутные и морские млекопитающие.


— Мэтью Вуллер поставил жирную точку в этой запутанной истории.