Тайна Белорусского моря: как родился и куда исчез потом уникальный водоем?

Помните, лет 10 назад, а может, уже и больше, была очень популярной шутка про Белорусское море? Тогда еще пресс-секретарь президента США Дженнифер Псаки говорила, что к берегам Белоруссии идет американский флот. А потом мы все вместе еще смеялись над «белорусскими креветками».


Но, на самом деле, ничего тут смешно нет. Белорусское море действительно существовало и даже регулярно появляется до сих пор. Его история — это хроники глобальных климатических перемен, ошибок картографов и поразительной способности природы кардинально менять свои ландшафты.

О чем говорят старые карты?

Идея моря в самом сердце Восточной Европы кажется абсурдной, если судить по современным картам Республики Беларусь. А на них самым крупным водоемом страны является озеро Нарочь, а самое большое водное пространство, которое местные жители поэтично именуют «морем», – это Заславское водохранилище под Минском. Но если копнуть поглубже исторические источники, то картина начнет резко меняться.

Первым «отцом» Белорусского моря можно считать великого древнегреческого историка Геродота, который жил в V веке до нашей эры. В своих трудах он описал реку Борисфен (нынешний Днепр), вытекающую, по его словам, из огромного озера, окруженного бескрайними болотами и зарослями тростника. Он даже упоминал о странных зверях «с четырехугольной мордой», обитавших в тех краях.

Долгое время древнему греку не верили, считали, что он сильно приукрасил реальность. Но спустя 17 веков о Белорусском море рассказал другой знаменитый ученый, самый известный арабский географ, Абу Аль-Идриси. Он прямо писал, что на землях, где сейчас располагается Белоруссия, находится обширнейший водоем под названием Мишта.

Позднее загадочное море начало появляться на авторитетных картах европейских ученых эпохи Возрождения. На картах Себастьяна Мюнстера (1540), Джакомо Гастальди (1562) и Герарда Меркатора (1569) в районе Полесья изображался значительный водный объект, часто подписанный как «Сарматское море».



Если детально рассмотреть эти карты, то становится ясно, что это вовсе не море, как понимаем его мы. Это, скорее, была обширная водная система, которая поражала воображение тогдашних людей своими колоссальными размерами.

Хроники внутреннего «моря»

Что же на самом деле видели или о чем слышали древние авторы? Ответ кроется в событиях, произошедших за 12 тысяч лет до наших дней. После отступления последнего ледника гигантская масса талой воды заполнила обширную низменность — Припятский прогиб, который сегодня занимает все Полесье. Образовался колоссальный пресноводный водоем, протянувшийся, по некоторым оценкам историков, от района современного Бреста до Мозыря. А это, между прочим, почти 400 км.

А если наложить контуры этого древнего водоема на современную карту Беларуси, под водой оказалась бы примерно треть территории страны. И было Белорусское море по площади больше, чем даже Балатон — самое крупное озеро Европы. Новоиспеченный водоем питался от множества рек и, в свою очередь, дал начало Днепру. Однако судьба моря была предопределена с самого первого дня его существования.

Если говорить совсем просто, то водоем был обречен из-за своего мелководья. Объем испаряющейся воды постепенно начал превышать приток из рек и осадков, однако процесс обмеления растянулся на тысячи лет.

В Средневековье от громадного «моря Геродота», как его позже назвали исследователи, остались лишь разрозненные озера и болота в центре бывшей акватории, которые и запечатлели на своих картах Меркатор с Гастальди. Окончательно территория превратилась в край непроходимых топей и лесных островков, частично осушенных лишь в советский период.

Любопытным свидетельством существования значительного водного пространства служит гравюра XV века из «Всемирной хроники» Гартмана Шеделя, изображающая Великое княжество Литовское. На ней показаны острова с крепостями и крупный парусный корабль, плывущий между ними. Маловероятно, что это Балтика, так как изображены центральные земли княжества. Получается, что Полесское море в те годы было еще вполне судоходным. Хотя некоторые исследователи говорят, что художник мог и преувеличить.

Полесская Амазония

И вот однажды настал такой момент, что море, казалось бы, исчезло навсегда, оставшись лишь в учебниках и анекдотах. Но природа приготовила сюрприз. Память о древнем море материализуется каждый год, превращаясь в уникальное туристическое явление под названием «Геродотово море».

Это чудо происходит весной, после особенно снежных зим, когда разливается река Припять. На участке между Пинском и Мозырем, где река течет с запада на восток, вода выходит из берегов, затопляя огромные площади Полесья. Ширина разлива в иных местах достигает 30 километров.

Таким образом, на две-три недели погружается в состояние, напоминающее древний водный ландшафт. Среди подтопленных лесов и лугов образуется гигантский лабиринт из проток, стариц и островков.



Этот уникальный весенний феномен получил поэтичное название «Полесская Амазония». Пираньи здесь, конечно, не водятся, зато цапли и выпи создают неповторимую атмосферу дикой, почти первозданной природы. Сплав по этим временным водным путям стал особым маршрутом, привлекающим тех, кто ищет уединения и соприкосновения со стихией. В отличие от масштабных разливов сибирских рек, полесское «море» обустроено для туристов, став ежегодным природным событием. Центром этого действа служит агрогородок Лясковичи и национальный парк «Припятский».

Да, море Геродота исчезло, сдав позиции болотам и лесам. Но его дух, кажется, не желает окончательно покидать полесские просторы. Возникая на короткий миг каждую весну, оно задает вопросы о непостоянстве ландшафтов, о памяти земли и о том, что считает морем человек. Море — это географический объект или состояние души, рождающееся при виде бескрайней воды у кромки горизонта, даже если этот горизонт находится в сотнях километров от настоящего океана. Нет точного ответа на этот вопрос, да и вряд ли будет когда-нибудь...