Ученые хотят выращивать запасные человеческие тела
Существует статистика: к примеру, в США каждые девять минут кто-то добавляется в список ожидающих пересадку органов. Всего таких людей в Штатах — более 100 тысяч, во всем мире — в сотни раз больше. Но даже эти огромные цифры не отражают всей глубины проблемы: в последние годы медицинские исследования все чаще сталкиваются с катастрофической нехваткой биоматериалов.
Что это значит? Ученые не могут тестировать лекарства, изучать болезни или разрабатывать методы лечения, если у них нет доступа к человеческим тканям и органам. И это не просто временная сложность — это системный кризис, который замедляет прогресс всей медицины.
Почему так происходит? Органы от доноров — редкий ресурс. Даже когда они доступны, их трансплантация сопряжена с рисками отторжения. Экспериментальные препараты, которые могли бы спасти жизни, годами «застревают» на стадии испытаний из-за этических ограничений: тестирование на людях опасно, а альтернативы вроде исследований на животных часто дают неточные результаты. Как отмечают ученые из Стэнфорда в новой статье для MIT Technology Review, человечество уперлось в «основное узкое место для прогресса» — дефицит биологического материала.
Но что, если бы мы могли выращивать органы в лаборатории, не завися от доноров? Звучит как фантастика, однако технологии уже на пороге революции. Речь идет не о классических искусственных органах из пластика и металла, а о чем-то куда более сложном — биологических структурах, созданных из человеческих клеток. Они называются бодиоидами (от англ. body — «тело»), и их главная особенность в том, что у них нет мозга, сознания или способности чувствовать боль. Это не полноценные организмы, а скорее «запасные тела», выращенные для конкретных медицинских целей.
Да, пока это всего лишь концепция, но она основана на реальных достижениях науки. Например, ученые уже умеют имитировать ранние стадии развития эмбриона, используя стволовые клетки. А эксперименты с искусственной маткой показывают, что поддержание жизни вне человеческого тела — не миф.
Однако бодиоиды выводят эти технологии на новый уровень. Представьте: вместо того чтобы ждать донорское сердце, врачи могли бы вырастить его копию в лаборатории, идеально совместимую с организмом пациента. Или тестировать лекарства от рака на человеческих тканях, не подвергая риску живых людей.
Возникает вопрос: почему это до сих пор не стало реальностью? Потому что этот научный прорыв может вызвать целую лавину вопросов. Во-первых, до сих пор до конца непонятно, как контролировать развитие таких структур? Во-вторых, можно ли гарантировать, что в «запасных телах» не зародится сознание? И в-третьих, готово ли само общество принять подобные технологии?
Но оставим пока в стороне этические вопросы и перейдем к чистой науке. По словам стэнфордских ученых, технология бодиоидов базируется на «двух китах»: плюрипотентных стволовых клетках и генетическом редактировании.
Плюрипотентные клетки — это «чистый лист», способный превратиться в любую ткань организма: от нейронов до клеток печени. Ученые научились направлять их развитие, создавая мини-органы (органоиды) для исследований. Но бодиоиды — следующий шаг: вместо отдельных органов предлагается выращивать целые биосистемы.

Стволовые клетки — это сырье для человеческого организма
Ключевая особенность бодиоидов — отсутствие мозга. Чтобы добиться этого, исследователи используют методы, блокирующие развитие нервной системы на генетическом уровне. Например, «отключают» гены, ответственные за формирование нейронов. В результате получается организм, лишенный сознания и неспособный испытывать боль. По сути, это биологическая машина, чье единственное назначение — служить источником органов или платформой для экспериментов.
Звучит очень страшно, и авторы нового исследования тоже боятся. Но только вот альтернативы еще хуже. Сегодня некоторые исследования проводятся на оживленных трупах — телах с мертвым мозгом, которые поддерживаются жизнеспособными с помощью аппаратов. Этично ли это? Даже при согласии семей такие эксперименты вызывают споры. Бодиоиды, по мнению ученых, могут стать более «чистым» решением, ведь они изначально не обладают сознанием.
Следует отметить, что пока технология далека от совершенства. Например, непонятно, смогут ли бодиоиды существовать без мозга, ведь он регулирует важные жизненные функции, дыхание и сердцебиение. Получается, что бодиоидов придется поддерживать искусственно, как сейчас пациентов в коме?
Другая проблема — риск непредсказуемых мутаций. Стволовые клетки иногда ведут себя хаотично, и создание сложных структур может привести к появлению аномалий.
Не менее сложны этические трудности. С одной стороны, новая технология способна спасти миллионы жизней. С другой — она стирает границы между человеком и биоматериалом, заставляя задуматься: что делает нас людьми?

Генриетту Лакс можно назвать бессмертной. HeLa, клетки из ее тела, живут и используются учеными с 1951 года
Казалось бы, что тут сложного, выращивай тела без мозгов, и все будет ok. Но на самом деле все не так. Кто будет нести ответственность, если у бодиоида случайно разовьется хотя бы примитивная нервная система? Или что делать, если такие структуры станут объектом коммерческой эксплуатации — например, для моды на «идеальные органы»? Поэтому авторы статьи подчеркивают: «Определение того, следует ли создавать бодиоидов, потребует значительных размышлений».
А как переступить через психологический барьер? Люди инстинктивно испытывают отвращение к манипуляциям с человеческими телами, даже если те лишены разума. Вспомните споры вокруг клонирования или CRISPR-редактирования эмбрионов. Бодиоиды, будучи «телами без душ», могут вызвать еще более жаркие дискуссии.
P. S.
Но история науки показывает: запреты редко останавливают прогресс. Вместо этого обществу приходится догонять технологию, создавая новые законы и нормы. Ученые из Стэнфорда призывают начать этот диалог уже сейчас: «Этические и социальные вопросы становятся, по крайней мере, столь же важными, как и научные».
Когда медицина в тупике
Что это значит? Ученые не могут тестировать лекарства, изучать болезни или разрабатывать методы лечения, если у них нет доступа к человеческим тканям и органам. И это не просто временная сложность — это системный кризис, который замедляет прогресс всей медицины.
Почему так происходит? Органы от доноров — редкий ресурс. Даже когда они доступны, их трансплантация сопряжена с рисками отторжения. Экспериментальные препараты, которые могли бы спасти жизни, годами «застревают» на стадии испытаний из-за этических ограничений: тестирование на людях опасно, а альтернативы вроде исследований на животных часто дают неточные результаты. Как отмечают ученые из Стэнфорда в новой статье для MIT Technology Review, человечество уперлось в «основное узкое место для прогресса» — дефицит биологического материала.
Но что, если бы мы могли выращивать органы в лаборатории, не завися от доноров? Звучит как фантастика, однако технологии уже на пороге революции. Речь идет не о классических искусственных органах из пластика и металла, а о чем-то куда более сложном — биологических структурах, созданных из человеческих клеток. Они называются бодиоидами (от англ. body — «тело»), и их главная особенность в том, что у них нет мозга, сознания или способности чувствовать боль. Это не полноценные организмы, а скорее «запасные тела», выращенные для конкретных медицинских целей.
Да, пока это всего лишь концепция, но она основана на реальных достижениях науки. Например, ученые уже умеют имитировать ранние стадии развития эмбриона, используя стволовые клетки. А эксперименты с искусственной маткой показывают, что поддержание жизни вне человеческого тела — не миф.
Однако бодиоиды выводят эти технологии на новый уровень. Представьте: вместо того чтобы ждать донорское сердце, врачи могли бы вырастить его копию в лаборатории, идеально совместимую с организмом пациента. Или тестировать лекарства от рака на человеческих тканях, не подвергая риску живых людей.
Безвыходное положение
Возникает вопрос: почему это до сих пор не стало реальностью? Потому что этот научный прорыв может вызвать целую лавину вопросов. Во-первых, до сих пор до конца непонятно, как контролировать развитие таких структур? Во-вторых, можно ли гарантировать, что в «запасных телах» не зародится сознание? И в-третьих, готово ли само общество принять подобные технологии?
Но оставим пока в стороне этические вопросы и перейдем к чистой науке. По словам стэнфордских ученых, технология бодиоидов базируется на «двух китах»: плюрипотентных стволовых клетках и генетическом редактировании.
Плюрипотентные клетки — это «чистый лист», способный превратиться в любую ткань организма: от нейронов до клеток печени. Ученые научились направлять их развитие, создавая мини-органы (органоиды) для исследований. Но бодиоиды — следующий шаг: вместо отдельных органов предлагается выращивать целые биосистемы.

Стволовые клетки — это сырье для человеческого организма
Ключевая особенность бодиоидов — отсутствие мозга. Чтобы добиться этого, исследователи используют методы, блокирующие развитие нервной системы на генетическом уровне. Например, «отключают» гены, ответственные за формирование нейронов. В результате получается организм, лишенный сознания и неспособный испытывать боль. По сути, это биологическая машина, чье единственное назначение — служить источником органов или платформой для экспериментов.
Звучит очень страшно, и авторы нового исследования тоже боятся. Но только вот альтернативы еще хуже. Сегодня некоторые исследования проводятся на оживленных трупах — телах с мертвым мозгом, которые поддерживаются жизнеспособными с помощью аппаратов. Этично ли это? Даже при согласии семей такие эксперименты вызывают споры. Бодиоиды, по мнению ученых, могут стать более «чистым» решением, ведь они изначально не обладают сознанием.
Сплошные трудности
Следует отметить, что пока технология далека от совершенства. Например, непонятно, смогут ли бодиоиды существовать без мозга, ведь он регулирует важные жизненные функции, дыхание и сердцебиение. Получается, что бодиоидов придется поддерживать искусственно, как сейчас пациентов в коме?
Другая проблема — риск непредсказуемых мутаций. Стволовые клетки иногда ведут себя хаотично, и создание сложных структур может привести к появлению аномалий.
Не менее сложны этические трудности. С одной стороны, новая технология способна спасти миллионы жизней. С другой — она стирает границы между человеком и биоматериалом, заставляя задуматься: что делает нас людьми?

Генриетту Лакс можно назвать бессмертной. HeLa, клетки из ее тела, живут и используются учеными с 1951 года
Казалось бы, что тут сложного, выращивай тела без мозгов, и все будет ok. Но на самом деле все не так. Кто будет нести ответственность, если у бодиоида случайно разовьется хотя бы примитивная нервная система? Или что делать, если такие структуры станут объектом коммерческой эксплуатации — например, для моды на «идеальные органы»? Поэтому авторы статьи подчеркивают: «Определение того, следует ли создавать бодиоидов, потребует значительных размышлений».
А как переступить через психологический барьер? Люди инстинктивно испытывают отвращение к манипуляциям с человеческими телами, даже если те лишены разума. Вспомните споры вокруг клонирования или CRISPR-редактирования эмбрионов. Бодиоиды, будучи «телами без душ», могут вызвать еще более жаркие дискуссии.
P. S.
Но история науки показывает: запреты редко останавливают прогресс. Вместо этого обществу приходится догонять технологию, создавая новые законы и нормы. Ученые из Стэнфорда призывают начать этот диалог уже сейчас: «Этические и социальные вопросы становятся, по крайней мере, столь же важными, как и научные».
- Дмитрий Алексеев
- anomalien.com, popularmechanics.com
Наши новостные каналы
Подписывайтесь и будьте в курсе свежих новостей и важнейших событиях дня.
Рекомендуем для вас
Секретное климатическое оружие ОАЭ: что же все-таки уничтожил Иран?
Теория заговора или неудобная правда? И можно ли управлять климатом целого региона?...
Странное поведение Трампа с Ираном получило четкое научное объяснение
По словам математиков, конфликт в Ормузском проливе — это классическая война на истощение, в которой США точно не победить...
Клад, за которым никто не пришел: давно в России не находили столько золота зараз
Кто же был владельцем сокровищ? Священник? Купец? Казначей? Бухгалтер? Расследование продолжается...
Перстень забытого русского героя: о чем рассказал артефакт, 400 лет пролежавший в земле?
Российские ученые «воскресили» россиянина XVII века. Просто поразительно, сколько всего может рассказать одна маленькая вещица...
Вместо ездовых собак… полярные медведи: чем закончились эксперименты путешественника Седова?
Животные рванули вперед, и полярник подумал, что у него все получилось. Но радость была недолгой......
Николай Некрасов: тайна последней болезни. Могли ли вылечить великого поэта?
Почему не помогли даже 45 миллионов рублей? Что думают современные врачи?...
Зачем москвичи массово глотали монеты? Археологи рассказали, почему этот уникален «ритуал» был характерен только для российской столицы
Разгадка оказалась настолько простой, что ученые далеко не сразу приняли ее...
Почему интернет в России скоро подорожает? А главное, кто за это заплатит?
Эксперты говорят: уже через пару-тройку лет мы будем с ностальгией вспоминать дешевые тарифы...
В пирамиде Микерина обнаружены два тайных помещения: это показали сразу три разных прибора
Археологи из ScanPyramids ждут официального разрешения от египетских властей, чтобы обнародовать полную информацию...
Что делали американские летчики в 1942 году на секретной даче под Пензой?
Через 80 с лишним лет Госархив рассказал о неизвестном эпизоде Второй мировой войны...
Ледяные глубины Антарктиды заговорили: как спустя 64 года сбылось предсказание советского физика
Наш ученый мог получить Нобелевскую премию, но его «обошел» американец...
