Что шариковые ручки могут рассказать нам о будущем Китая

Бумага, как известно большинству людей, была изобретена в Китае очень давно — около 2000 лет назад. Сегодня Китай по-прежнему является крупнейшим производителем бумаги, на долю которого приходится около четверти доли мирового рынка.


Китай сегодня также крупнейший производитель шариковых ручек: 40 миллиардов выпущенных здесь ручек ежегодно составляют около 80% мирового производства. Это неудивительно; ручки дешевы и довольно низкотехнологичны.

Однако вот что может вас удивить: до 2017 года Китай не производил шарики для шариковых ручек. Это может показаться нелогичным для страны, которая может производить истребители-невидимки пятого поколения, осуществила первую терапию регенерации легких, изобрела ядерный реактор третьего поколения и подарила нам первую в мире гарнитуру виртуальной реальности 4K.

Возможно, для вас будет новостью, но шарики… очень сложны в производстве. Металлургический опыт, необходимый для выпуска достаточно качественной стали, довольно высок. Есть много стран, разработавших ядерное оружие или запустивших в космос спутники, которые не могут сделать шарик для стержня ручки.

Итак, в 2017 году Китай доминировал на мировом рынке шариковых ручек, но он смог собрать эти ручки только после того, как импортировал шарики из более технологически развитой страны, как правило, из Швейцарии, Японии или Германии.



Есть и еще одна причина, по которой китайские компании так долго тянули с запуском производства ручек: интеллектуальная собственность.

Права интеллектуальной собственности (ИС) активно обсуждаются экономистами. Действительно ли патенты стимулируют инновации или же они мешают более быстрому прогрессу, предоставляя компаниям монополию на важнейшие элементы технологии?

Как известно, Китай не всегда уважал права ИС. Большая часть экономического бума была вызвана как раз пренебрежением авторскими правами, товарными знаками и патентами. Когда вы находитесь на определенном уровне развития, это имеет смысл; США поступили точно так же с британской интеллектуальной собственностью в 1800-х годах.

Но наступает момент, когда эта стратегия возвращается, чтобы укусить вас за задницу — и этот момент часто наступает, когда возникает вопрос: «Почему мы еще не построили эту штуку?» Ответ обычно таков: «Мы бы это сделали, но тогда все конкуренты просто украли бы это, и мы не получили бы вознаграждения за миллионы, которые вложили в исследования и разработки».

Аналогичная динамика наблюдалась и в период холодной войны. Вначале обе стороны беззастенчиво воровали друг у друга; Советы получили ядерное оружие благодаря шпионажу, а в 1959 году ЦРУ украло советский спутник в Мексике, когда он совершал кругосветное путешествие, в попытке догнать советскую космическую программу, которая намного превосходила его.

По мере развития холодной войны трансферты становились все более односторонними: страны НАТО в основном воровали военные технологии, в то время как СССР строил экономику на перепроектированных западных продуктах широкого потребления.

Но Китай — не Советский Союз; это гораздо более управляемая структура



До сих пор самые впечатляющие технологические достижения Китая в основном планировались централизованно и финансировались государством; военная техника, плотины и электростанции, генетические исследования и так далее. Китайские власти достаточно хорошо осознают потребность в частных инновациях. Но здесь защита права на интеллектуальную собственность, точнее ее отсутствие становятся серьезным препятствием. Проблемы права на интеллектуальную собственность создают проблемы и для торговли между Китаем и остальным миром.

Конечно, в Китае есть законы об интеллектуальной собственности; они просто не слишком соблюдаются. Одна из проблем заключается в том, что исторически штрафы не были достаточно большими, чтобы о них можно было беспокоиться. Это довольно очевидно.

Другое дело, что очень трудно собрать доказательства. В США, например, есть такие юридические механизмы как досудебные показания и запросы на доступ к документам. Китайская система работает по-другому, и нет законной возможности истребовать передачу в суд внутренних документов компании. Это затрудняет доказательство кражи ИС во всех случаях, кроме самых вопиющих.

Плюс возникает проблема предвзятости на местном уровне. Исследования Шерил Сяонин Лонг и Джун Ван, например, показывают, что родной город участника оказывает значительное влияние на успех судебного разбирательства на местном уровне.



Многие из этих проблем сегодня близки к решению. В нескольких крупнейших городах Китая уже созданы специализированные суды по интеллектуальной собственности. Они имеют приоритет перед местными судами и более подготовленных мировых судей; увеличились штрафы за нарушение; выпущено новое правовое руководство, предоставляющее судам больше полномочий для истребования внутренних документов.

Не менее важна общая меняющаяся парадигма Китая — массовое сознание все больше проникается мыслью, что единственный способ вступить в клуб самых богатых стран мира — это стать страной, которая изобретает вещи, а не ворует их. В прошлом права ИС игнорировались или неохотно вводились, чтобы успокоить торговых партнеров; теперь они занимают центральное место в будущем Китая.

На данный момент шариковые ручки — это бизнес, которым Китай счастлив заниматься. Возможно, однажды Китай будет продавать шарики в Индонезию или Индию, чтобы они могли собирать ручки.