Разгадан секрет непревзойденных индонезийских ныряльщиков-баджо: они «прокачали» секретный внутренний орган

Более восьми часов в день проводит в воде обычный индонезийский рыбак. Причем почти пять из них он находится под водой без акваланга, без массивных баллонов сжатого воздуха. Только деревянные остроги, полученные по наследству. Для нас погружение на глубину — это экстремальный спорт, требующий изнурительных тренировок. Для них — это повседневная рутина и способ прокормить семью.


Речь идет о народе баджо, разбросанном по островам Индонезии, Малайзии и Филиппин. Эти люди давно перешагнули границы человеческих возможностей, заставив ученых искать ответ в самых потаенных уголках их генома.

Жизнь на дне океана

Поселения баджо не спутаешь ни с чем: их хижины, словно гнезда огромных птиц, парят прямо над водой на высоких сваях. Дети здесь учатся плавать раньше, чем ходить, а шум прибоя заменяет им колыбельные.



Морская охота — это основное занятие мужчин. Часто баджо выслеживают свою добычу там, куда даже солнечный свет пробивается с трудом. Для того рыбакам приходится погружаться на глубину 50-60 метров. Баджо охотятся не только на рыбу и моллюсков, также они добывают кораллы, которые ценят мастера, изготовляющие декоративные поделки.

Рекорды, которые демонстрируют морские цыгане (еще одно название баджо), поражают воображение у опытных врачей-физиологов. В то время как обычный человек, задержав дыхание, едва выдерживает минуту-полторы, баджо способны оставаться в толще воды до 13 минут. Некоторые источники, изучавшие быт племени, приводят еще более впечатляющие цифры — до четверти часа.

Причем это вовсе не секунды отчаянной борьбы за жизнь, а спокойная и размеренная работа под водой. Морским цыганам надо выследить, догнать, подняться с добычей на поверхность, чтобы вдохнуть очередной глоток воздуха.

Ученые говорят: при погружении организм баджо ведет себя иначе, чем у подавляющего большинства людей. У них включается так называемый рефлекс ныряльщика: сердце начинает биться медленнее, экономя кислород, сосуды сужаются, направляя кровь только к жизненно важным органам.

Однако у баджо этот процесс усилен многократно. Секрет их выносливости кроется не только в натренированности легких, но и в анатомической особенности, которую современная наука смогла разглядеть лишь недавно.

Секретный орган

Долгое время антропологи терялись в догадках: неужели многолетние тренировки способны настолько изменить физиологию человека? Однако ответ, как это часто бывает, нашелся в сравнительной биологии. Исследователи обратили внимание на тюленей, китов и выдр — млекопитающих, которые расстались с сушей навсегда.



Как оказалось, у всех них феноменально увеличена селезенка. Этот орган, выполняющий в теле роль фильтра и фабрики иммунных клеток, у морских животных работает как сверхмощный аккумулятор кислорода.

Выяснилось, что селезенка способна активно сокращаться, выбрасывая в кровеносное русло дополнительные запасы эритроцитов. Кстати, у человека это тоже работает, например, во время интенсивной физической нагрузки. Но у морских обитателей этот поразительный механизм развит просто фантастически.

Поэтому ученые предположили, что способность подолгу оставаться без воздуха напрямую коррелирует с размерами этого органа. Чем больше селезенка, тем больше кислородный резерв, который может быть мобилизован в критический момент долгого погружения.

В 2018 году группа датских исследователей решила проверить эту теорию на людях. Выбор пал на два народа из индонезийского архипелага: кочевых баджо, чья жизнь неразрывно связана с морем, и их соседей, живущих оседло на суше и занимающихся земледелием.

Результаты ультразвукового сканирования превзошли все ожидания: селезенка у «людей моря» оказалась в среднем на 50% больше, чем у земледельцев. Это было первое вещественное доказательство того, что легендарные способности ныряльщиков имеют под собой анатомическую основу.

Генокод Посейдона

Но почему селезенка баджо выросла до таких размеров? Чтобы ответить на этот вопрос, ученые провели сравнительный анализ ДНК представителей обеих групп. Генетический материал преподнес сюрприз: между «ныряльщиками» и «земледельцами» обнаружились различия в 25 генах. Однако ключевым стало открытие мутации в гене, отвечающем за регулировку уровня гормона тироксина. Именно этот гормон, вырабатываемый щитовидной железой, как выяснилось, оказывает прямое влияние на рост селезенки.



Мутация, закрепившаяся в популяции баджо, привела к тому, что их организм научился производить больше тироксина или эффективнее на него реагировать. Следствием этого процесса стало стабильное увеличение объема селезенки из поколения в поколение. Это чистейший пример естественного отбора в действии: те рыбаки, чьи предки случайно обладали чуть более крупным органом, лучше выживали, добывали больше пищи и оставляли больше потомства, передавая эту драгоценную особенность по наследству.

Таким образом, баджо стали не просто народом, практикующим подводную охоту, а отдельной генетической ветвью человечества, адаптированной к водной стихии. Их организм научился накапливать кислород не за счет объема легких, а за счет уникальной работы внутреннего «депо». И это еще раз подтверждает теорию, что человек до сих пор эволюционирует, причем делает это со стремительной скоростью.