Почему компонент сыра, который используется уже 30 лет, вызвал внезапную панику у американцев?

Как известно, американцы — это самая нервная нация на планете. Поэтому совершенно неудивительно, что Новый 2026 год начался в Штатах со скандала, точнее, с масштабной паники. Виной тому стала публикация в желтом таблоиде Daily Mail, где рассказывалось, что 90% сыра на американском рынке содержит генетически модифицированный фермент. А он, в свою очередь, десятилетиями производится по технологии, изначально разработанной фармацевтическим гигантом Pfizer.


Новость мгновенно завирусилась в социальных сетях, вызвав волну возмущения, призывы к бойкоту молочных продуктов и требования полной прозрачности на упаковках.

Разбираемся, что же вызвало возмущение у простых американцев и надо ли там тоже начинать беспокоиться. Спойлер — «не надо»: но материал получился интересный и даже полезный.

«Как это вообще разрешили?»

Итак, сначала об обстановке в США. Как уже было сказано: информационный взрыв произошел после публикации материала, где утверждалось, что ключевой для свертывания молока — это химозин. Статья в Daily Mail подробно рассказывала, что это генетически модифицированный сычужный фермент (FPC), который широко используется без соответствующей маркировки.



Неудивительно, что соцсети отреагировали мгновенно. «Как это вообще разрешили?» — задавались вопросом одни американцы, а другие просто советовали полностью бойкотировать такие сыры.


— так звучит типичный комментарий последних дней в американском сегменте социальных сетей США.

В TikTok ролики набирали миллионы просмотров: от сцен эмоционального отвержения продукта до расследований в магазинных рядах. Хештег #BoycottCheesePfizer разошелся по сети, а петиция на сhange.org за обязательную маркировку GMO-ferment собрала 150 тысяч подписей всего за трое суток.

Надо сказать, что реакция потребителей была не только виртуальной. Согласно данным Nielsen IQ, продажи сыра, произведенного с использованием традиционного животного сычужного фермента (таких брендов, как Organic Valley), взлетели на 22,4% в первые дни января.

Понять американцев можно: многие из них испытывают однозначное недоверие к бренду Pfizer. В последние годы ведущий штатовский фармконцерн не вылезает из громких скандалов и многомиллионных исков. Последний был связан с вакциной от коронавируса, от которой пострадали десятки тысяч человек. «Теперь они нас травят через пиццу», — говорят американцы.

Научный прорыв или скрытая угроза?

Чтобы понять суть проблемы, нужно вернуться в 1980-е годы. Перед сыроваренной отраслью стояла проблема: традиционный сычужный фермент, добываемый из желудков телят, был дорогим, его запасы ограничены, а производство — неэкологичным.

Ученые компании Pfizer нашли решение. В 1990 году был одобрен первый коммерческий фермент FPC: ген теленка, отвечающий за выработку химозина, был внедрен в микроорганизмы (дрожжи или бактерии). Те, в свою очередь, в больших ферментерах (биореакторах) начали массово производить чистый химозин, химически идентичный натуральному.



Новый фермент произвел настоящую революцию в сыродельной отрасли. 90-дневные исследования на крысах показали, что продукты, произведенные с помощью FPC, не вызывают никаких отклонений в здоровье. Поэтому Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США признала вещество безопасным и разрешило к использованию.

Сами американцы признаются, что их бесит даже не вопросы вреда, а то, что никто не указывает наличие модифицированного фермента на упаковках продуктов. Люди хотят знать, что они едят: ГМО-продукт или натуральный сычужный фермент. Это их право, которое нельзя нарушать.

Ну а что у нас в России?

У нас данный фермент также является стандартом для крупных производителей сыра. Правда, санкции последних лет ускорили процесс импортозамещения. В Алтайском университете были выведены штаммы дрожжей с генами марала и верблюда. Отечественные аналоги отличаются от импортных тем, что имеют активность фермента 15% выше.

Роспотребнадзор и Минсельхоз подтверждают безопасность химозина. Как уже было сказано, 90-дневные исследования на крысах и собаках не выявили токсичности, мутагенных свойств или канцерогенного эффекта. Риск аллергии оценивается как минимальный — около 0,01% случаев, сопоставимый с реакцией на натуральный сычужный фермент. Сам фермент является белком и практически полностью разлагается в кишечнике.



Так что американцы паникуют зря. Психологи называют такое поведение «брендофобией», связанной со скандалами.

Для российского потребителя, желающего полностью избежать генно-модифицированного фермента, варианты, конечно, есть. Например, искать сыры, изготовленные на животном сычуге. Ну или выбирать сорта, для которых этот фермент не требуется вообще: творог, сливочный сыр, панир, некоторые виды моцареллы, где свертывание молока происходит под действием кислоты.