Темная сторона Рима: выяснилось, что Империя веками «выкачивала» здоровье из покоренных народов

Долгое время римское владычество в Британии считалось благом — дороги, акведуки, культура. Однако анализ 646 древних скелетов, проведенный командой из университета Рединга под руководством Ребекки Питт, рисует совершенно иную картину. Оказывается, урбанизация и новые порядки, навязанные Империей, привели к катастрофическому ухудшению здоровья целых поколений. За несовершенный «прогресс» простые люди заплатили страшную цену.

Цифры, которые не лгут

Исследователи сравнили останки из 24 мест в Англии, которые относились к двум эпохам. А именно: к доримскому железному веку (IV в. до н.э. — I в. н.э.) и периоду римской оккупации (I–IV вв. н.э.). Контраст ошеломляет, и это еще мягко сказано.



В железном веке признаки болезней или тяжелого физиологического стресса имели скелеты всего 26% детей. Конечно, трагично, но в сравнении с римским временем вполне терпимо. А вот в городских центрах, построенных Римом, патологии обнаружились уже 61,5% детей.

Самым красноречивым показателем является задержка роста. Это главный маркер хронического недоедания в детстве. До римлян значительное отставание фиксировали лишь у 3,1% детей. При Империи в городах этот показатель взлетел до более 50%.

Таким образом, можно констатировать: каждый второй ребенок в «цивилизованном» римском поселении был физически истощен настолько, что его тело не могло нормально развиваться.

Три «подарка» цивилизации

Как же Империя, всегда славившаяся инженерными и административными решениями, допустила такое? Ученые выделяют три ключевых фактора, которые стали ядом (и адом) для покоренных бриттов.

Во-первых, это скученность каменных джунглей. Римская модель управления требовала максимальной концентрации людей в городах. Обратной стороной урбанизации стало перенаселение и антисанитария, которые практически моментально привели к всплеску костных инфекций и болезней органов дыхания. Даже передовая канализационная система не могла компенсировать ужасающие условия жизни в трущобах.

Во-вторых, свинцовый водопровод был скрытым убийцей. То, чем по праву гордился Рим, система водоснабжения, в итоге стала смертельной ловушкой. Трубы, посуда, свинцовые припои и даже детские игрушки отравляли людей каждый день.
Свинец опасен тем, что разрушает метаболические пути, блокируя усвоение питательных веществ. Это прямая причина эпидемии рахита и других авитаминозов, найденных у городских жителей.



В-третьих, тогдашняя медицинская «мода» в буквальном смысле калечила детей. И это была горькая ирония судьбы: британские матери, стремясь дать детям лучшее, следовали авторитетным указаниям врачей из Рима.

Например, известный тогда гинеколог Соран рекомендовал «богатый злаками прикорм». Романизированные матери в Лондоне, слушая ученых мужей, лишали младенцев полноценного белка и витаминов, которые получали дети «варваров» в деревнях, питаясь в том числе речной рыбой. Благое намерение оборачивалось истощением.

Здоровье было подорвано на поколения вперед. Среди взрослых женщин в римских городах патологии встречались у 81,1%, против 62,1% в железном веке. Линии на их зубах (гипоплазия эмали), похожие на годичные кольца деревьев, свидетельствуют: они пережили голод и болезни в детстве, прожили в стрессе всю жизнь и передали свои болезни детям.

Выжить вопреки Империи

Самый парадоксальный вывод исследования: лучшие показатели здоровья были у тех, кто избежал «благ» римской цивилизации. Изолированные сельские общины, которые игнорировали римские порядки и продолжали жить по старинке, сохранили прежний, более высокий уровень здоровья.



Вдали от городов с их свинцовыми трубами и перенаселенностью люди питались традиционной пищей и пили чистую воду из колодцев. Глухомань оказалась безопаснее центра имперской власти.

Рим правил Британией почти 400 лет. Для легионеров, чиновников и местной элиты это была эпоха роскоши и стабильности. Но для обычных семей, пытавшихся выжить в римских городах, эта эпоха стала многовековой битвой с невидимым, но смертельно опасными врагами: голодом, свинцом и инфекциями.

Что касается системы здравоохранения, то она была доступна лишь немногим избранным. При этом эксплуатация провинции носила откровенно эксплуататорский характер.

Империя создала такую систему, в которой технологические и социальные инновации работали против благополучия большинства. Никого не беспокоило, что подрывался самый ценный ресурс — здоровье новых поколений.

И, увы, эта история не только о прошлом. Городские римляне и современные жители перенаселенных и бедных районов очень похожи. И это заставляется задуматься. Прогресс всегда имеет цену, и исследование древних скелетов задает крайне удобные вопросы: кто сегодня платит по этим счетам, и какое «наследство» оставит после себя наша цивилизация?