Гудбай, газоны: почему учёные убеждают австралийцев отказаться от холёных лужаек перед домом

На протяжении веков газоны стали доминировать во многих городах по всему миру. Есть газоны и в Сиднее, у дома Джеймса Брэдли, автора публикации на эту тему в издании The Guardian. Но за последние годы в его квартале появилось и существенное отличие: на большинстве улиц вокруг обочины покрыты травой, а здесь на пешеходной дорожке сделана надпись через трафарет «Не косить». А рядом обочина поросла вместо газона местными дикими травами — это результат программы, инициированной местным советом. Жители могут попросить коммунальщиков, чтобы трава перед их домами оставалась нескошенной. Таков один из результатов меняющегося отношения к газонам в стране кенгуру.


Впрочем, пока что стриженые газоны повсеместно распространены в Австралии, в том числе в парках, на спортплощадках и у большинства частных домов. В пригородах газоны также покрывают ковром землю там, где она не занята деревьями и кустарниками. Запах свежескошенных газонов и уже подсохшей травы типичны для тех мест, как и гудение поливочных разбрызгивателей.



Вообще, по всей планете дикие травы — в числе самых успешных видов растений: они покрывают около 40% поверхности земной суши. Однако газоны представляют собой монокультуры из нескольких видов, которые требуют частого полива, удобрений и — нередко — пестицидов.

Кстати, несмотря на повсеместное распространение, происхождение газонов загадочно. По сути, газон — это просто разновидность луга из мягких трав, которые легко подстригаются. Однако где и когда эти качества стали желательными? Сама идея газона тоже не совсем ясна. Трудно установить однозначно даже происхождение слова lawn для его обозначения в английском языке.

Однако точно известно, что коротко подстриженная трава вошла в моду в монастырях и садах знати в Британии и северной Франции в средние века. К 16-му веку утвердилась идея газона как чего-то, что соединяет различные элементы садов, а к 17-му и 18-му векам газоны стали неотъемлемой частью дизайна многих парков. По мере того, как заросшие травой территории становились больше и, следовательно, содержать их становилось дороже, обширные газоны стали символом богатства и власти. И открывающиеся благодаря им виды позволяли узреть великолепие резиденций на расстоянии. А в результате колониализма мода распространилась затем в Америке, Азии и Австралии.

Историк окружающей среды Университета Ла-Троб, профессор Кэти Холмс отметила, что к 20-му веку газоны стали ассоциироваться с идеями гражданской добродетели. Дескать, хороший газон — это признак того, что и дома всё в порядке, что его жильцы — усердные и порядочные люди.



Однако в последние годы потепление климата в той же Австралии сделало уход за газонами более сложным и дорогостоящим делом. И мода на них в городских пространствах начала ослабевать.

Джастин Бакли — управляющий садами Национального фонда Виктория. Когда он начинал садовником незадолго до засушливых времён, то просто запускал разбрызгиватели на газонах на всю ночь. А затем начали действовать ограничения по воде, и менее выносливые сорта газонной травы исчезали один за другим.

Из-за расходов и трудностей в уходе за газонами австралийцы стали всё чаще использовать искусственный дёрн повсюду: у частных домов, в школах и на спортплощадках. Но, хотя искусственные газоны и дешевле в уходе, они стали катастрофой для почвенных экосистем и выщелачивают микропластик в почву, грунтовые воды и океан.

Тилия Скотт — координатор проекта городского экологического совета Внутреннего Запада. Цель проекта — восстановление доколониальных экосистем в отдельных районах. В питомнике на западе Сиднея Тилия Скотт показала журналисту территорию с местными видами трав. Что интересно, их не сажали — они проросли естественным путём из затаившихся в почве семян, как только стрижка лужаек прекратилась и удалили завозные виды газонной травы. Скотт говорит, что возвращение естественных видов даёт затем шанс на жизнь насекомым, птицам и ящерицам.

Профессор Мария Игнатьева — ландшафтный архитектор и городской эколог из Университета Западной Австралии, а также координатор проекта Lawn as a Living Lab («Лужайка как живая лаборатория»). Междисциплинарный проект изучает экологически безопасные решения для газонов. Профессор Игнатьева выступает за целостный подход, при котором сочетаются различные элементы, начиная от засаженных газонов и заканчивая природными зонами, над которыми работает Скотт.



Как бы то ни было, но меняющиеся условия требуют отказа от газонов как главного элемента городского дизайна, считает управляющий садами Джастин Бакли. Но всё же при этом надеется, что газон, скорее всего, останется частью городской среды, но наряду с разнообразием других способов благоустройства.